Дракон рванулся – не потому, что понял, какая опасность ему угрожает. Он все еще пытался настичь девушку. Но первое же движение привело к тому, что сеть спуталась. Лапы чудовища подогнулись, и оно осело на траве неподвижной грудой.

– Кочевники называют эту паутину «женушкой», – пояснил я. – Прилипает так, что остается только концы отдать.

Я озабоченно посмотрел на Франсуаз.

– А ты должна мне кучу денег, сестричка. В городе мне придется покупать новый шар-ловушку.

Девушка, уже позабыв о драконе, обводила взглядом окрестности. Ее глаза сузились, как бойницы на стенах крепости.

– Где парнишка? – спросила она.

– Убежал к мамочке. Подумай сама, как трогательно, что люди и драконы наконец научились доверять друг другу.

– Мальчик слишком мал и не понимает опасности, – сказала девушка.

– Но он достаточно взрослый, чтобы губить путеше­ственников. Вокруг много ферм, да и город близко – уверен, дракон не голодал. Он не убивал карапуза, пока тот служил приманкой. А смышленое дитя забирало вещи убитых.

Дракон с ненавистью смотрел на нас. Я всегда расстраиваюсь, когда вижу животных в неволе, но освобождать этого здоровяка мне как-то не хотелось.

Считайте меня бессердечным.

– Хотела бы я знать, кто его этому научил, – мрачно произнесла Франсуаз.

– Детей не надо учить, как делать гадости, – с готовностью ответил я. – Такова их сущность.

4

Сурабая – замечательный город, особенно если вы любите деньги, а деньги любят вас. Здесь не бродят проголодавшиеся драконы, зато много богатых горожан, еще не осознавших, что все зло происходит именно от богатства.

А я пришел сюда для того, чтобы бороться со злом.

Я начал с того, что немного размялся – вытащил парочку кошельков, наведался к знакомому огру-скупщику да потолкался в тавернах, узнавая новости.